Цель. Исследование семантики и функций персонифицированных, в частности антропоморфных обиходных предметов в литературе ХХ в. Процедура и методы. В работе рассмотрены различия в толкованиях понятий вещь и вещный мир, отмечены работы предшественников, посвящённые роли вещи в художественном тексте. Посредством сравнительного литературного анализа отрывков из произведений Ю. К. Олеши, В. В. Набокова, И. С. Шмелёва, А. П. Платонова, Т. Н. Толстой показана преемственность в использовании персонификации русскими писателями. Особое внимание уделено тенденции к «самостоятельности» антропоморфной вещи, её отрыву от человека. В рамках этой тенденции анализируются отношения персонажей к вещам и с вещами. Отмечается, что в наибольшей степени самостоятельность вещи проявляется в произведениях Ю. К. Олеши, В. В. Набокова, Т. Н. Толстой, в то время как И. С. Шмелёв и А. П. Платонов, прибегая к персонификации вещей, связывают её с индивидуальным сознанием, оставаясь в рамках классической традиции. При проведении исследования применены методы наблюдения, сравнительного анализа, обобщения и литературоведческой интерпретации. Результаты. В результате исследования автор приходит к выводу, что, несмотря на иллюзорную самостоятельность антропоморфной вещи в предметном мире произведения, она сохраняет свою характерологическую, т. е. служебную функцию, участвуя в изображении психологических особенностей, духовной и душевной жизни человека - отдельного персонажа, типажа и самого автора. Таким образом, в «жизнеподобной» прозе персонификация является одним из косвенных приёмов художественного психологизма. Теоретическая и/или практическая значимость. Теоретическую значимость работы составляют предложенные интерпретации семантики антропоморфизма в произведениях указанных авторов.