В статье предпринимается попытка про- следить взаимосвязь категории «страшного» с субъект- ным строем пушкинской лирики лицейского периода. За- дача работы состоит в рассмотрении субъектных ролей как выражения авторского поведения Пушкина и выяв- лении функций «агентов» страшного при формировании лирического «Я». При этом выясняется, что «агенты» «страшного» значительно различаются для лирического «Я» и остальных персонажей, что указывает на особое место и статус лирического субъекта. «Страшное» из мира реального не беспокоит поэта, а если и беспокоит, то в литературном ракурсе (например, «война» как опас- ность для героев, «война» как предмет описания для поэ- та). Опасно для поэта то, что лишает его возможности творить и уравнивает с обычными людьми, отдаляя от «высшего» призвания.
This article attempts to trace the relationship between the category of «Terrible» with the subjective formation of Pushkins lyceum lyrics. The aim of our research is to examine subjective roles as an expression of the authors behavior and to identify features of «agents of terrible» in the formation of lyrical character. It turns out that the «agents of terrible» are different for the lyrical character and the other characters, which indicates the special position and status of the poet. The «Terrible» from the real world does not disturb the poet, or concerns him only from the literary perspective (e.g. «war» as danger to characters and «war» as the object of poets description). Dangerous for the poet is something that stops him from creating and makes him equal with ordinary people, distancing from the higher calling.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.